О Василия Саломаткине, к теме "Англичане в мае 1945 убили.."

patriotrm.clan.su — Текст в первом. Начало обсуждения тут https://vott.ru/entry/589124
Новости, Общество | Себ.Перейро 9 дней назад
10 комментариев | 57 за, 0 против |
#1 | 9 дней назад | Кому: Всем
Военная судьба учителя из Краснослободска
Жил в городе Краснослободске учитель математики Василий Филиппович Саломаткин. И даже его односельчане не знали, что он перенес в своей жизни. Долгие годы Василий Филиппович не рассказывал об этом никому. Хотя цепкая память о пережитом не отпускала его, особенно по ночам. Вот краткий рассказ о горькой судьбе этого человека.
Родился Саломаткин Василий Филиппович в 1919 году в селе Чукалы Краснослободского района. После 6 классов учебы поступил в Краснослободское педагогическое училище и окончил его в 1937 году. После этого работал учителем в селе Чукалы, а в октябре 1937 по призыву райвоенкомата поступил учиться в 1-е Киевское Краснознаменное артиллерийское училище. В 1939 году окончил его с отличием в звании лейтенанта и был направлен в Москву в Пролетарскую Краснознаменную стрелковую дивизию. В сентябре 1939 года участвовал в освобождении Западной Белоруссии, а затем до начала Великой Отечественной войны служил в войсках особого Белорусского округа.
С 22 июня по 12 октября 1941 года Саломаткин участвовал в боях с фашистами под Могилевом, под Ярцево и под городом Вязьма (Смоленская область). Здесь под Вязьмой шли тяжелые непрерывные бои с превосходящими силами противника. Уже наступали сумерки, а атакам фашистов, казалось, не будет конца. В ночном бою 12 октября 1941 года Василий Филиппович был тяжело ранен осколками в грудь, шею, челюсть, руку, ногу. Последнее, что помнил из этого последнего для себя боя лейтенант Саломаткин, как его куда-то несут его же солдаты. В начале, как от сильного угара, начала понемногу отходить голова, затем тело передернуло от страшной боли. Чуть приоткрывшиеся глаза увидели неопределенного цвета небо, смутные очертания окружающей местности. До слуха донеслось лающее «Шнель, шнель!». И тут все стало ясно. Плен. Плен? Первая мысль о побеге, бежать во чтобы ни стало, при первой же возможности, как только ноги пойдут, к своим и на фронт. Но впереди круги ада. И главная задача остаться человеком, сохранить человеческое достоинство, остаться верным присяге, не стать предателем.
Вначале всех пленных направили в Смоленск, где жили они под открытым небом за колючей проволокой на окраине города. Не было медицинской помощи, 400 грамм хлеба из опилок и 500 грамм супа из брюквы. В ноябре 1941 гола пленных вывезли в Минск и поместили в бывшей конюшне кавалерийской части без освещения и отопления. От холода и голода начался тиф. Заболел и Василий Филиппович тифом, а затем началась гангрена ног. Остался жив только благодаря сильному организму.

13 апреля 1942 года Саломаткин был вывезен в литовский лагерь г. Кальвария. Оттуда пытался бежать, но был пойман. На первом же допросе Саломаткин заявляет, что он Антонов, что бежал не из лагеря, а от бауэра, у которого проработал всего несколько дней. Саломаткина отправили в город в штрафной лагерь в район Ганновера на очистку судоходного канала. Работа была изнуряющая, поднимали из канала по 10 вагонеток ила. Затем Саломаткина направили на лесоразработки в штрафной лагерь на железнодорожные шахты. В день 400 грамм хлеба из соломенной муки и 500 грамм супа из шпината. Работа была очень тяжелой. Много товарищей умерло. В начале августа 1944 года группа военнопленных под руководством Саломаткина организовала крушение узкоколейного паровоза с шестью вагонетками, передвинув рельсы на край насыпи, и те пошли под откос. Паровоз был выведен из строя и команда из 40 человек простояла без работы двое суток до прихода нового паровоза. От расстрела Василия спасло одно: вступился охранник, заявивший лагерному начальству, что пленный Антонов (он же Саломаткин) не мог сдержать вагонеток.

После двухмесячного пребывания на шахтах направили в концлагерь Нойенгамме. Концлагерь Нойенгамме расположен в 30 км юго-восточнее Гамбурга в нижней излучине реки Эльбы в сильно заболоченной местности, изрезанной многочисленными каналами. Лагерь был обнесен колючей проволокой под током высокого напряжения, со сторожевыми башнями. Перед каждыми двумя бараками были каменные бункеры с пулеметами. Было много служебных собак. Давали нагрудные знаки – все по классическому немецкому образцу, всячески отупляли сознание пленных и превращали в рабов. Условия были ещё более ужасны. Тяжелый труд, 7 печей крематория. В специальном бункере было 8 виселиц. Особенно изощренными стали пытки с назначением начальником лагеря оберштурмфюрера СС Антона Тумана с помощниками Драймором и Шпеком. Травили собаками. Перед дачей, выстроенной заключенными для Тумана, была выложена шлаковая дорожка с недогоревшими человеческими костями из крематория. Драймер деревянной палкой выкалывал заключенным глаза, но главным экзекутором был Шпек. Было много показательных и тайных расстрелов, повешений, удушений газом, инъекций на экспериментах. Люди работали в воде и грязи, избиваемые, истощенные. В день умирало до 200 – 300 человек.

В этом лагере были пленные из Германии, Франции, Италии, Югославии, Чехословакии, Польши, Бельгии. Здесь наш земляк познакомился с майором Букреевым, узнал о существовании подпольной организации. Василий Филиппович Саломаткин вступил в нее. Скудным пайкой делились с обессилевшими товарищами, ломали станки, портили продукцию, устраивали саботажи. В 1945 году подпольная организация начала готовить восстание. Достали оружие, собрали радиоприемник, разбили заключенных на роты и взводы. Саломаткину поручили командовать вторым батальоном, он также входил в руководящий состав подпольной организации, руководителем которой был майор Букреев. Группа насчитывала сотни бойцов. Но Саломаткин знал в лицо только одного – Василия Букреева. Так диктовал железный закон конспирации.

Весной 1945 года фашистская Германия агонизировала. Чувствуя приближающее поражение Гитлера и его присных, Генрих Гиммлер отдал приказ: ни один из узников концлагерей не должен попасть живым в руки союзников. Заметая следы своих зверств, фашисты решили уничтожить живых свидетелей своих преступлений – узников концлагерей. Семь тысяч человек были погружены на баржи, корабли «Тильбек» (3000 заключенных) и «Атен» (2000 человек). В ночь на 25 апреля 1945 года по тревоге в товарных вагонах вывезли в г. Любек, а там почти пять тысяч посадили на баржи и по Любекской бухте вывезли на стоящий в море фешенебельный океанский лайнер «Как Аркона». Набили битком, теснота, духота. «Кап Аркона» раннее курсировал по трассе Гамбург-Нью-йорк с 400 – 500 богатыми пассажирами. Василий Филиппович попал с Букреевым на этот корабль.

В 3 мая 1945 года бомбили англичане, «Кап Аркона» загорелся. Группа заключенных сняла двух охранников у машинного отделения, Саломаткин с товарищами захватил склад со спасательными средствами. Пароход пылал сильно, почти тысяча заключенных оказалась в дыму и огне на нижней палубе, другие бросались в воду. Немцы с катеров расстреливали плывущих.
Василий Саломаткин, как и сотни других бросился с пятнадцатиметровой высоты «Кап Аркона» в воду. До берега было около пяти километров. Ледяная вода сводила ноги. На его счастье начался прилив. Он-то и выбросил потерявшего сознание Саломаткина на берег, где его подобрали друзья. Через 3 часа «Кап Аркона» ложится на борт. Вечером 3 мая 1945 г. с него сняли оставшихся в живых 110 человек. Это произошло за четыре дня до падения гитлеровской Германии.

Долгие годы в нашей стране тема военнопленных и их послевоенная судьба оставалась в тени, считалась закрытой и мало обсуждалась в прессе. На тех, кто был в плену, не важно при каких обстоятельствах он там оказался, стояло клеймо чуть ли не изменника Родины. Хотя эти люди такие же солдаты, находясь в нечеловеческих условиях плена, продолжали борьбу всеми возможными для них способами.
Наконец-то справедливость восторжествовала.
Много лет спустя журнал «Огонек» № 16 за апрель 1965 года рассказал о судьбе узников в очерке Генриха Гуркова «Человек с «Как Аркона». В редакцию пришли письма со всех концов Советского Союза, из ГДР, ФРГ, Франции, Польши, Югославии, Венгрии и других стран. Писали люди спасшиеся с кораблей смерти.

Через 20 лет по инициативе Советского комитета ветеранов войны и Дома Союзов ВЦСПС была организована встреча бывших заключенных нацистских концлагерей и участников движения сопротивления в Москве. В Колонном зале Дома Союзов съехались около тысячи человек. В частности, на встречу прибыли бывшие узники концлагеря Нойенгамме: Борис Лепкович из Белоруссии, Василий Букреев и Евгений Страндберг – москвичи, Сахаров из Нового Оскола, Богомолов из Ейска, Клименченко из Киева, Василий Саломаткин из Саранска и другие. О борьбе, интернациональной дружбе узников концлагеря Нойенгамме говорил руководитель подпольного комитета лагеря, работник московского речного флота В.А. Букреев после войны.
Второй день был посвящен секционной работе по лагерям. Секция бывших узников лагеря Нойенгамме избрала руководящий состав секции, приняла решение сделать 3 мая днем ежегодной встречи товарищей по борьбе, по заключению.
Об этой необыкновенной встрече писала газета «Знамя труда» Краснослободского РК КПСС от 25 апреля 1965 года в статье «Незабываемая встреча» и в очерке о бывшем узнике фашистского лагеря смерти Нойенгамме Василии Филипповиче Саломаткине. Односельчане Василия Филипповича узнали о том, какой мужественный человек живет рядом с ними. После войны Василий Филиппович Саломаткин преподавал математику в Краснослободской школе-интернате, но не только учил, но воспитывал у молодого поколения непримиримую ненависть к фашизму, решимость отстаивать мир на земле. В 1958 году Василий Филиппович Саломаткин награжден орденом Красной Звезды.
Надежда Ерочкина,
зав. информационно-издательским отделом
#2 | 9 дней назад | Кому: Всем
Еще о нем есть тут, но у меня нет аккаунта в ВК

Кто нибудь, вытащите оттуда и скопируйте сюда.
[censored]

АНО "Редакция газеты "Красная Слобода" | ВКонтакте
[censored] › public202436234
Гугель начало текста там дает так: "Василия Филипповича Саломаткина я навестила накануне его восьмидесятилетия.Показать полностью... И предполагаемой беседы, практически не ..."
Karlos
не фашист »
#3 | 9 дней назад | Кому: Себ.Перейро
> Василия Филипповича Саломаткина я навестила накануне его восьмидесятилетия

Русский характер
Тишину уютной комнаты нарушали только бой старинных часов и размеренный голос моего собеседника. А если быть точным – рассказчика. Василия Филипповича Саломаткина я навестила накануне его восьмидесятилетия. И предполагаемой беседы, практически не получилось, потому что больше говорил он, а я, очарованная им самим, его голосом, но главное – услышанным, молча впитывала все в себя. Он говорил так проникновенно и убедительно, что порой мне казалось, если я его прерву, и задам какой-либо вопрос, он посчитает это за кощунство.
Василий Филиппович вспоминал о давно минувших событиях с мельчайшими подробностями, создавалось впечатление, будто бы все произошло вчера.
Ветеран старался изо всех сил рассказывать спокойно. Но события прошлой войны: пленение, когда находился в бреду из-за ранения, фашистский лагерь, подневольный труд, подполье, освобождение – по ходу рассказа им переживались заново. И эта боль, давняя, острая, дала-таки о себе знать, выплеснувшись неожиданно слезами.
…Немцы спешно погрузили узников на корабли, которые находились в бухте. Василий попал на «Карп Арконе» в мирное время перевозивший пассажиров по маршруту Гамбург-Нью-Йорк. Что планировали немцы, трудно было предположить. Неожиданно на корабли налетела английская авиация, летчики и не предполагали, что на борту находятся жертвы войны – узники. Во время бомбежки пленные попытались выбраться из трюмов наверх, но охрана била их, сталкивала вниз. Англичане интенсивно бомбили, и немцам уже было не под силу удержать узников, которые поднимались на палубу и, увидев, как бомба повредила носовую часть корабля, стали выпрыгивать за борт. Так Василий оказался в холодной воде. Многие узники тщетно пытались спастись в водной стихии. Ведь до берега нужно было плыть не менее пяти-шести километров. Но каждый из них плыл, покуда были силы. К счастью, начался прилив, который выбросил Василия, как и некоторых других, на берег в бессознательном состоянии.
Попыток к бегству из плена, в который он попал после одного из жарких боев под Москвой тяжело раненый, было несколько.
-Нас, истекающих кровью от ран, как скот, погрузили на открытые платформы и повезли на Запад. По прибытию загнали в бывшую конюшню, - вспоминает Василий Филиппович. – В ней было сооружено три яруса нар. О тепле и речь нечего вести. Конюшня, она и есть конюшня. Пленные помогали друг другу перевязывать раны лоскутами от нижнего белья. Нечеловеческие условия сразу же дали о себе знать: пленные стали гибнуть сотнями от сыпного тифа.
Немцы сразу отделили нас, офицеров, от рядовых солдат, поместили в отапливаемое административное здание. Сменили нам белье, из госпиталя прислали медиков, которые впервые после ранения осмотрели и обработали раны. Цену такого внимания к себе со стороны немцев мы узнали позже.
Выздоровевших офицеров отправили в город Кальвария (Литва). И здесь началась идеологическая обработка пленных. Но происшедший случай заставил врагов иначе распорядиться пленными русскими.
-Среди нас было три пленных генерала – Данилов, Пресняков и… (запамятовал его фамилию). При них служил адъютант-офицер, которому генералы устроили побег, - рассказывает ветеран. – Хоть и озверели немцы, нещадно били всех, что боязно было подходить за баландой с брюквой, - но после этого случая мысль о побеге (которая ни на минуту не покидала многих) еще больше укрепилась в сознании.
-Это было в 1943 году, когда мы работали на железнорудной шахте в Хападно Германии. Английская авиация часто бомбила шахты, и немцы во время бомбежки выключали свет. А эти два обстоятельства были на руку нам, - рассказывает Василий Филиппович. – Решили бежать в пересменку. Охрана строила нас в колонну по три и вела полтора километра таким строем в лагерь. Во время построения (по договоренности) передние в колонне затеяли драку для отвлечения охраны, а беглецы в темноте незаметно оторвались от колонны. Бежали втроем: я, капитан Кузнецов и старший лейтенант танкист Маленков.
Около месяца ночами пробирались на Восток. Вышли на небольшой хутор в Польше, когда невыносимым стало чувство голода. Ведь от скудного запаса сухариков, который помогали собирать такие же узники для побега, давно ничего не осталось. Но здесь молодая полячка их предала, вернее продала (за каждого русского давали полякам по пятьсот злотых), пригласив их, изголодавшихся, измотанных переходами, в дом поесть.
И снова плен, штрафной лагерь. Здесь немцы заставляли очищать дно канала от грязи, по которому ходили баржи. В голове созрел новый план побега, но предатель подвел. Желающих доносить было немало.
Попросил шеф канала навести у него порядок в доме. Справившись с заданием, пленные под охраной возвращались в бараки. Но когда шли мимо железнодорожных вагонов, их остановил служащий вокзала. Он не мог упустить возможность использовать дармовую силу в своих целях и попросил охрану разрешить пленным уложить лучше груз в вагонах и закрыть их. В мешках был сахар, и пленные не устояли, набрали его в кальсоны. Справившись с работой, вернулись в барак. Сахаром поделились по-товарищески с другими узниками. Но кто-то об этом донес немцам. Сахар, спрятанный в самодельных мешочках под матрасами, был найден. Наказания не пришлось долго ждать. Саломаткина, как и его товарищей, отправили на лесоразработку, с которой, как оказалось, еще удобнее было бежать.
Немцы приветствовали тех, кто стремился выполнять работу хорошо. Саломаткин, Кузнецов и Маленков это усвоили и использовали для своих целей. Убедили охрану, что они неплохие работники и им можно доверять. Попросились втроем по нужде в лес и сбежали. Темнота и начавшийся дождик способствовали их бегству.
Еще много раз пришлось убегать от погони: от полицейских, которых вызвал парень-гармонист, обещавший принести спички, от немецких солдат, охраны в пригороде Гамбурга. Прятаться в болоте, в тормозной будке вагона, в подвале разбитого дома. Во время одной из множества погонь потеряли товарища – Маленкова, когда немцы пустились в погоню с собаками.
Утром арестованных Саломаткина и Кузнецова отвезли в лагерь, где к удивлению других, поместили в барак, отличающийся особой чистотой и порядком. На военном заводе, куда попал Василий Саломаткин, переводчик бельгиец посоветовал скрыть мирную профессию – учителя, а сказать, что он фрезеровщик. Немцам нужны были специалисты. Потом, как выяснилось, в лагере находились люди разных национальностей, со многими Саломаткин сдружился и стал заниматься подпольной деятельностью. Товарищи по борьбе знали его как Антонова. Сначала он не знал, как вдали от Родины, в плену можно помочь ей в борьбе с фашизмом. Майор Букреев подсказал – выпускать брак, за что немцы, узнав, отпустили двадцать пять ударов розгами.
Подпольщики, как могли, поддерживали друг друга, особенно русских, которым Красный Крест отказывал помогать в отличие от пленных других национальностей. Они набирались сил для восстания, строился план его осуществления. Но… война шла к исходу, и немцы насчет пленных строили свои планы…
Очнулся Саломаткин и не поверил своим глазам: он лежит на белоснежной простыне, рядом находятся такие же раненые. Позже он узнал, что на берегу его обнаружили англичане, поместили в госпиталь.
По выздоровлении Василий Филиппович стал заместителем начальника лагеря по репатриации узников товарища подполью – Букреева.
23 декабря 1945 года по приказу маршала Жукова лагерь ликвидировали и В.Ф.Саломаткин отправился домой.
В послевоенное время он вернулся к своей мирной профессии. Окончив заочно пединститут, тридцать лет проработал в школе. И за все эти годы провел множество встреч с молодежью, рассказывая ей об ужасах войны. Были и встречи с узниками фашизма, участвовал в работе двух международных конгрессов узников в Москве.
В настоящее время Василий Филиппович на заслуженном отдыхе. И хотя давит груз лет, и здоровье дает сбои, он по-прежнему крепок духом.
Татьяна ФОКИНА.
На снимке дважды Герой Советского Союза генерал армии П.И.Батов вручает награду В.Ф.Саломаткину.
Газета «Красная Слобода» от 20 февраля 1999 года.

[censored]

Оно?
#4 | 9 дней назад | Кому: Karlos
Да, оно. Спс.
#5 | 9 дней назад | Кому: Всем
что могу сказать, это хороший пример того, что реальная жизнь и судьба у людей часто гораздо богаче, ценнее и интереснее любых фантазий сценариста под коксом, писаки или режиссера с продюссером. Но это никому из "создателей"не нужно. Как со свежим фильмом "Девятаев" и "фантазиями Фарятьева", добавленными туда.
#6 | 9 дней назад | Кому: Себ.Перейро
> реальная жизнь и судьба у людей часто гораздо богаче, ценнее и интереснее любых фантазий сценариста под коксом, писаки или режиссера с продюссером.

Любая фантазия базируется на личном жизненном опыте. Если опыта никакого нет - фантазия превращается в глупый безграмотный бред.
#7 | 9 дней назад | Кому: Всем
[censored]

[censored]
Перечень наград
14.04.1958
Орден Красной Звезды, ООВII
[censored]
#8 | 9 дней назад | Кому: Всем
Выборочный автопервод одной из статей.
[censored]

"Корабль был в плохом состоянии, и после первого пробега капитана Йоханнеса Гердтса, когда ему сказали, что он должен еще раз пройти "аллею смерти" - Балтику - чтобы забрать беженцев, он выстрелил себе в голову.
Дело было не только в состоянии корабля или в том, что он плыл в опасных водах, но и в трагическом состоянии заключенных, запертых в трюмах некогда славного корабля.
Последний приказ Кап Арконы состоял в том, чтобы принять заключенных, перемещаемых из Нойенгамме, считавшегося одним из худших концентрационных лагерей, где проводились медицинские эксперименты и применялись пытки со стороны персонала и охранников, которые подавали человеческие челюстные кости в кислом виде и мясо мертвых заключенных в качестве мяса в супах.
Большинство из них были советскими военнопленными, которые надеялись быть спасенными двумя шведскими госпитальными кораблями в порту назначения на Балтике.
Туалеты больше не функционировали. Повсюду валялись трупы. Все, что могло плавать, было убрано, так что у заключенных не было шансов сбежать.
Фекалии и моча заполнили трюмы. Тиф и вши быстро распространялись, а тела накапливались.
Охранники не выдержали запаха и потребовали, чтобы их убрали. Эсэсовские охранники покинули корабль.
Но удача отвернулась от Кап Арконы и большинства заключенных концлагеря на борту.
Зная важность Прибалтики для Германии, англичане оснастили свои "ужасающие истребители", одномоторные военные самолеты "Тайфуны", смертоносной полезной нагрузкой.
Когда они пролетали над побережьем Любекского залива, бассейна в юго - западной части Балтийского моря, пилоты Королевских ВВС видели все немецкие лодки-торговые суда, рыбацкие лодки, военные корабли, подводные лодки, океанские лайнеры.
Немецкие мины заблокировали вход в Балтийское море, так что ни один корабль союзников не мог остановить бегство нацистов в Норвегию.

Теперь Тайфуны должны были отрезать путь к отступлению и положить конец войне
Королевские ВВС никогда не информировали пилотов истребителей о том, что на кораблях перевозят пленных.
Это была трагедия человеческой ошибки и недопонимания.
"Памятуя о допущенных серьезных ошибках, британское правительство распорядилось, чтобы записи о полетах ВВС и послевоенных расследованиях были запечатаны в течение ста лет".
Документы были сняты с учета в 1975 году, но большинство выживших и их детей уже не было в живых.
"Союзники заплатили чрезвычайно высокую цену, чтобы выиграть войну, и почти все считалось приемлемым в контексте тотальной войны, особенно по сравнению со зверствами, совершенными нацистами", - заключает Уотсон."
#9 | 9 дней назад | Кому: Себ.Перейро
тут пишут именно про то, что это была трагическая ошибка

Эсэсманы запретили рисовать красный крест на трубе.
и немного кривой машинный перевод, двусмысленный. Ручной перевод -
Королевские ВВС никогда не информировали этих пилотов истребителей о том, что атакованные ими суда перевозили пленных.
#10 | 9 дней назад | Кому: Всем
>Немецкие мины заблокировали вход в Балтийское море, так что ни один корабль союзников не мог остановить бегство нацистов в Норвегию.
Авторы статьи на карту смотрели? Как заминированный вход в Балтийское море мог помешать союзникам заблокировать Датские проливы?
Войдите или зарегистрируйтесь чтобы писать комментарии.