а ты попробуй директора магазина хуйлом называть и каждый вечер приходить в лобаз и исполнять "хей хо торгашей на ножи!". скидки не замедлят появиться.
- Это, кажется, ты здесь торгуешь, человек, вытащивший меня вчера из воды? Hо откуда у тебя столько товара?
- Ты ведь сам дал мне вчера полтаньга, о почтенный Джафар,- ответил Ходжа Hасреддин.- Я пустил в оборот эти деньги, и удача сопутствовала мне в торговле.
- Ты сумел наторговать такую кучу товара за одно утро? воскликнул ростовщик с удивлением.- Мои деньги пошли на пользу тебе. Сколько же ты хочешь за всю эту кучу?
- Шестьсот таньга.
- Ты сошел с ума! И тебе не стыдно заламывать такую цену со своего благодетеля! Разве не мне обязан ты своим благополучием? Двести таньга - вот моя цена.
- Пятьсот,- ответил Ходжа Hасреддин.- Из уважения к тебе, почтенный Джафар,- пятьсот таньга!
- Hеблагодарный! Разве не мне, повторяю, обязан ты своим благополучием?
- А разве не мне обязан ты, ростовщик, своей жизнью? ответил Ходжа Hасреддин, потеряв терпение.- Правда, ты дал мне за спасение своей жизни всего полтаньга, но она, твоя жизнь, и не стоит большего, я не в обиде! Если ты хочешь купить, то говори настоящую цену!
- Триста!
Ходжа Hасреддин молчал.
Ростовщик долго копался, оценивая опытным глазом товар, и, когда убедился, что за все эти халаты, туфли и тюбетейки можно выручить самое меньшее семьсот таньга, решил накинуть:
- Триста пятьдесят.
- Четыреста.
- Триста семьдесят пять.
- Четыреста.
Ходжа Hасреддин был непоколебим. РОСТОВЩИК уходил и опять возвращался, накидывая по одной таньга, наконец согласился. Они ударили, по рукам, Ростевщик с. при^итарйяк^ис иачал отсчитывать деныда!
- Клянусь аллахом" я переплатил вдвое за этот товар. Hо такой,уж у меня характер, что 'я всегда терплю большие убытки по собственной доброте.
- Фальшивая,- перебил Ходжа Hасреддин, возвращая монету.- И здесь не четыреста таньга. Здесь триста восемьдесят, у тебя плохое зрение, почтенный Джафар.
Сейчас, сейчас