В аудитории Киевского университета им. Шевченка мест хватило не всем желающим. Студенты и студентки сидели на ступеньках лестницы, стояли в проходах, толпились в коридоре у дверей.
Сегодня профессор Василенко говорил очень страстно, как будто читал лекцию многотысячному митингу. Ему казалось, что певучий его малоросский голос то успокаивает студентов, то сжимает их сердца в приступе гордости…
- Друзья, коллеги, мы победим и это бесспорно. У нас через пять лет будет такая армия... Что самое НАТО позавидует. Да что там НАТО! Мы сами станем НАТО, и будем обеспечивать безопасность всему миру! Уже сегодня нас не 50 миллионов. Нас миллиарды, потому что весь мир держит кулачки за украинскую армию, за наше государство. И за каждого из вас, мои юнаки! ... Мордва напала на Украину, лишний раз подтвердив факт, что место русни не в семье европейских народов, а у азиатской параши. У которой и так находится ее экономика...
Профессор говоорил, и не обращал внимания, что студенты один за другим пробираются через толпу к дверям. Сначала тонким ручейком, затем струйкой…
- Сегодня Украина сильна, как никогда. И нервы кремлевского психа не выдержали. Он отдал приказ, которым подписал себе смертный приговор... Впрочем, этот приговор еще утвердят в Гааге. Но кровь палача скоро оросит дерево Свободы... Мы сделаем с их вояками-мародерами то, что Портников сделал с Булатовым...
Профессор жестикулировал, смотрел куда-то вверх, обращаясь к потолоку, разговаривая уже не толпой напуганных селян, а со всем миром сразу.
- Россия это фантом, Мордор, Карфаген. Ее разрушит история, законы которой не я придумываю. И скальпелями в руках самого милосердного хирурга будут украинская армия и самооборона... Поля Украины станут могилой для русской орды…
В аудитории остались только несколько самых прилежных студентов, не самых успевающих - бывших ивано-франкивцев и тернопильцев. Но через какое-то время и они двинулись к выходу. Сначала осторожно, а потом уже напролом: толкая друг друга, сшибая стулья...
- В России голод. Пьянство. Воровство. Грязь. Бунт национальных окраин... Это конец Империи... Я учил вас быть свободными людьми, друзья мои...
Профессор попытался найти глаза студентов.
- Позвольте... а где вы все?! Что такое...
Дверь аудитории хлопнула, Никита вздрогнул. Через секунду Василенка кинулся к окну, распахнул его, высунулся едва не по пояс.
В университетском дворе толпились студенты, разглядывая стоящий перед крыльцом БТР. К коробке броневика студентов не пускали три солдата, державшие автоматы стволами вниз. Один из них что-то спокойно говорил толпе. Толпа гудела, но не враждебно, скорее удивленно.
На башенке бронетранспортера сидел мордатый курносый солдат в сдвинутой на затылок каске. Он спокойно завязывал шнурок армейского ботинка. Еще один курил, облокотившись на борт машины, украшенный надписью «Батальон Замкад. Миру мир — русне бабосы»…
И тогда профессор Никита Василенка, набрав в легкие теплый воздух Киева, в котором весна уже размешивала знаменитые украинские фруктовые ароматы, вдруг закричал так, что звякнули стеклопакеты в соседних окнах.
Рассказ написанный русским либералом про симметричного украинского либерала
Батальон Замкад. Миру мир — русне бабосы! тихая мечта как бы так зделать чтобы быдло загребало чужые бабосы для Избранной Русни и чтобы интелегентно поменьше кровушки проливать. Фтопку
К соседке на юбилей брат приехал, замректора какого-то киевского университета. Печалуется: сам со студентами ходил против януковича-олигархов-золотых_унитазов (это сказочный образ современного украинского фольклора), и вот те на - выскочили фашисты и перехватили счастье-победу. Ну кто бы мог подумать, ай-яй-яй!
Сейчас, сейчас
Сегодня профессор Василенко говорил очень страстно, как будто читал лекцию многотысячному митингу. Ему казалось, что певучий его малоросский голос то успокаивает студентов, то сжимает их сердца в приступе гордости…
- Друзья, коллеги, мы победим и это бесспорно. У нас через пять лет будет такая армия... Что самое НАТО позавидует. Да что там НАТО! Мы сами станем НАТО, и будем обеспечивать безопасность всему миру! Уже сегодня нас не 50 миллионов. Нас миллиарды, потому что весь мир держит кулачки за украинскую армию, за наше государство. И за каждого из вас, мои юнаки! ... Мордва напала на Украину, лишний раз подтвердив факт, что место русни не в семье европейских народов, а у азиатской параши. У которой и так находится ее экономика...
Профессор говоорил, и не обращал внимания, что студенты один за другим пробираются через толпу к дверям. Сначала тонким ручейком, затем струйкой…
- Сегодня Украина сильна, как никогда. И нервы кремлевского психа не выдержали. Он отдал приказ, которым подписал себе смертный приговор... Впрочем, этот приговор еще утвердят в Гааге. Но кровь палача скоро оросит дерево Свободы... Мы сделаем с их вояками-мародерами то, что Портников сделал с Булатовым...
Профессор жестикулировал, смотрел куда-то вверх, обращаясь к потолоку, разговаривая уже не толпой напуганных селян, а со всем миром сразу.
- Россия это фантом, Мордор, Карфаген. Ее разрушит история, законы которой не я придумываю. И скальпелями в руках самого милосердного хирурга будут украинская армия и самооборона... Поля Украины станут могилой для русской орды…
В аудитории остались только несколько самых прилежных студентов, не самых успевающих - бывших ивано-франкивцев и тернопильцев. Но через какое-то время и они двинулись к выходу. Сначала осторожно, а потом уже напролом: толкая друг друга, сшибая стулья...
- В России голод. Пьянство. Воровство. Грязь. Бунт национальных окраин... Это конец Империи... Я учил вас быть свободными людьми, друзья мои...
Профессор попытался найти глаза студентов.
- Позвольте... а где вы все?! Что такое...
Дверь аудитории хлопнула, Никита вздрогнул. Через секунду Василенка кинулся к окну, распахнул его, высунулся едва не по пояс.
В университетском дворе толпились студенты, разглядывая стоящий перед крыльцом БТР. К коробке броневика студентов не пускали три солдата, державшие автоматы стволами вниз. Один из них что-то спокойно говорил толпе. Толпа гудела, но не враждебно, скорее удивленно.
На башенке бронетранспортера сидел мордатый курносый солдат в сдвинутой на затылок каске. Он спокойно завязывал шнурок армейского ботинка. Еще один курил, облокотившись на борт машины, украшенный надписью «Батальон Замкад. Миру мир — русне бабосы»…
И тогда профессор Никита Василенка, набрав в легкие теплый воздух Киева, в котором весна уже размешивала знаменитые украинские фруктовые ароматы, вдруг закричал так, что звякнули стеклопакеты в соседних окнах.
— РОССИЯ СВЯЩЕННАЯ НАША ДЕРЖАВА…!!!