> С цыганом Сергеем в Сагре вообще нехорошо получилось. Он появился в поселке оборванный, без вещей, и в первые полтора года соседи носили ему в дом еду и свои потрепанные рубашки, штаны, все, что нужно для жизни. Сергей укрепился, нанял себе работников (у местных жителей для них два взаимодополняющих определения «бомжи” и «бегунки») и стал основным источником всех проблем.
Эх, добрые мы добрые. Всегда нам от этого только хуже было потом. Всякая мразь рассматривает доброту как слабость и действует соответственно.
> Городилов-младший: «Подбегаю к «Газели», там чурка-водитель спрятался, лежит на коробке передач, кричит: «Я здесь ни при чем». Я ему говорю, убери машину с выезда. А тут и женщины прибежали, выволокли его, давай бить, запинывать. Сами без оружия, голыми руками».
> Задержанных из числа приезжих, действительно, нет. Цыган Сергей подался в бега, но Виктор Городилов уверен: полицейские в Пышме знают и кто приезжал в Сагру, и где они сейчас. Уже после перестрелки, один из оперов просил ребят умолчать о том, что они звонили участковому и в сам райотдел. По внутренним документам, в случае получения подобной оперативной информации, весь личный состав должен был прибыть в Сагру. А там не придали значения этому звонку.
> Вчера Михаил Бородин объявил, что за полтора года никаких обращений из Сагры не было, а значит, не было никаких поводов для повышенного внимания к поселку, и я спрашиваю у Виктора Городилова, как же так. «Год назад у цыгана в доме человек взорвался, а весной у дачников труп нашли», - сходу вспоминает он. И вопросов больше нет: ни к милиции, ни к полиции, ни к кому. Только чувство восхищения мужиками, отстоявшими свою родину и семьи.
> С цыганом Сергеем в Сагре вообще нехорошо получилось. Он появился в поселке оборванный, без вещей, и в первые полтора года соседи носили ему в дом еду и свои потрепанные рубашки, штаны, все, что нужно для жизни.
До боли знакомая история.
Дело было в г. Сургуте.
У нас так случилось в самом начале 90-х во дворе, когда туда приехали беженцы (не помню уж откуда), тоже оборванные и грязные, с детьми. А время было веселое, сами не шиковали, но все равно старались помочь, кто чем может. Потом эти обездоленные начали торговать фруктами, вопросов ни у кого не возникало, но потом они перешли с фруктов на наркоту. Чем все кончилось, не знаю, мы потом переехали вообще из этого города. Но конфликт назревал серьезный.
Согласен! Ведь триколор висит и на отделении полиции, где мужиков "кололи"! Красный стяг стал бы символом сопротивления и заставил бы задуматься Бастрыкиных и полицейских. "Лица неназванной национальности" просто бы писались от ужаса, при виде Победного Красного знамени.
Вещички в каптёрке, записочка про наркотики... Эх-х-х...
Мне бы этих оперов подопрашивать... Измену Родине я бы им даже не натянул, она бы им сама приклеилась без всяких пыток, угроз и прочего.
Легко и просто, минут за 20.
>> С цыганом Сергеем в Сагре вообще нехорошо получилось. Он появился в поселке оборванный, без вещей, и в первые полтора года соседи носили ему в дом еду и свои потрепанные рубашки, штаны, все, что нужно для жизни. Сергей укрепился, нанял себе работников (у местных жителей для них два взаимодополняющих определения «бомжи” и «бегунки») и стал основным источником всех проблем.
>
> Эх, добрые мы добрые. Всегда нам от этого только хуже было потом. Всякая мразь рассматривает доброту как слабость и действует соответственно.
С "братскими" республиками получилось тоже самое. Пришло время, оперились и забыли доброту. И пошло-поехало, оккупанты и прочее. Меньше надо было бы давать поблажек.
>
> Эх, добрые мы добрые. Всегда нам от этого только хуже было потом. Всякая мразь рассматривает доброту как слабость и действует соответственно.
После всей это "сладкой жизни", которую мы прошли добрым быть нельзя. Нужно быть сильным, здравомыслящим и сосредоточенным, т.е. осторожным, как во время боевых действий. Ушки на макушке должны быть. И других этому учить. Детей также воспитывать.
Вотт тогда и всё будет как раньше - враг будет разбит, победа будет за нами!
> Милицию переименовали в полицию - не помогло... Во что теперь переименовывать полицию?!!!
Написано вотт -
Вряд ли кто-то мог себе представить, что когда-нибудь в Свердловской области может вспыхнуть межнациональный конфликт, сравнимый с карельской Кондопогой. А он есть, и как бы ни пытались его скрыть местные силовики, уже ничего не спрячешь.
Криминал в погонах не один год выращивали. Кстати, также как и дедовщину.
Власть также создали криминальную.
Те же яйца, только в профиль. Ничего не нужно переименовывать, а с корнем выдирать нужно.
- Вчера начальник ГУ МВД Михаил Бородин сказал, что обращений по Красноперову у милиции не было.
- Это все неправда. Бородин абсолютно не представляет себе ситуацию, он вырос в тиши московских коридоров и не понимает многих тонкостей работы в таких небольших населенных пунктах. Я к нему с уважением отношусь, он опытный, честнейший человек, но он не представляет работу в низах. А там никакой работы не ведется. Участковый приехал, погрозил пальцем и уехал – чем быстрее, тем лучше… Нужно разобраться, были ли обращения от людей, а если были, почему на них не реагировали. Надо внимательно опрашивать этих людей. Ведь эта ситуация развивалась несколько лет, она была у всех на виду. Людей там немного, заработков нет. Даже ведро пропало – уже заметно. Что такое в крестьянском хозяйстве ведро, когда его украли и надо новое купить? А денег нет… Соответственно, все это как ком накапливалось.
>> С цыганом Сергеем в Сагре вообще нехорошо получилось. Он появился в поселке оборванный, без вещей, и в первые полтора года соседи носили ему в дом еду и свои потрепанные рубашки, штаны, все, что нужно для жизни.
>
> До боли знакомая история.
> Дело было в г. Сургуте.
> У нас так случилось в самом начале 90-х во дворе, когда туда приехали беженцы (не помню уж откуда), тоже оборванные и грязные, с детьми. А время было веселое, сами не шиковали, но все равно старались помочь, кто чем может. Потом эти обездоленные начали торговать фруктами, вопросов ни у кого не возникало, но потом они перешли с фруктов на наркоту. Чем все кончилось, не знаю, мы потом переехали вообще из этого города. Но конфликт назревал серьезный.
>
> Пидорасам благодарность не свойственна.
Сейчас, сейчас
Эх, добрые мы добрые. Всегда нам от этого только хуже было потом. Всякая мразь рассматривает доброту как слабость и действует соответственно.