Американские банкиры просчитали сценарии завершения СВО

Наиболее вероятным итогом завершения конфликта на Украине является «финский сценарий», считают в Центре геополитики JPMorgan. По мнению экспертов, в ходе переговоров Украине придется пойти на «болезненные уступки», лишившись около 20% своей территории, провозгласив нейтралитет и ограничив возможности своих вооруженных сил. Вероятность такого исхода банкиры-аналитики оценили в 50%.

JPMorgan также рассматривает возможность еще четырех сценариев разрешения конфликта: «грузинский», который подразумевает нестабильность, замедление экономического роста и восстановления в отсутствие иностранных войск и надежных гарантий безопасности и фактическим отказом от вступления в ЕС и НАТО (30%), «израильский», предполагающий сильную и долгосрочную поддержку со стороны США без присутствия иностранных войск (10%), а так же «южнокорейский», подразумевающий под собой членство Украины в НАТО или гарантии безопасности со стороны США (5%).
Худшим» (для кого?) сценарием аналитики называют «белорусский», по которому Россия «превратит страну в вассальное государство Москвы», и такая участь ждет Украину с 5-процентной вероятностью.

— Аналитики JPMorgan публикуют разнообразные исследования и прогнозы. Так поступают и в других финансовых институтах, вплоть до нацбанков государств, — отмечает руководитель экспертного совета Фонда стратегического развития, политолог Игорь Шатров.

— Этого требуют инвесторы, которые на основании, в частности, этих прогнозов, принимают решения. Прогнозы, как правило, касаются таких тем, как экономика, финансовые рынки, геополитика, отраслевые тенденции.

Они могут касаться как макроэкономических показателей (ВВП, инфляция), так и конкретных секторов или компаний. Отдельные прогнозы и сами становятся экономическим фактором, влияя на рынки. Такое происходит с прогнозами финансовых структур, к которым рынок испытывает доверие. JPMorgan относится к числу подобных компаний.

«СП»: Можно ли считать озвученный сценарий «финским»? Исторические параллели тут вообще уместны?

— Исторические параллели при анализе современных конфликтов — распространённый инструмент, который помогает выявить общие закономерности и тенденции.

Однако понятно, что такого рода аналогии имеют ограничения. Геополитический контекст 1939−1940 годов существенно отличается от современной ситуации.
«СП»: О каких именно территориях идет речь? Киев ранее категорически отказывался идти на территориальные уступки. Что должно произойти, чтобы эта позиция изменилась?

— Речь, конечно же, идет о Крыме, Донбассе и Новороссии (Запорожская и Херсонская области), территория которых в сумме и составляет примерно 20% территории постсоветской Украины.

Их не называют, скорее всего, потому, чтобы создать видимость отстраненности сценария от конкретной ситуации на земле, абстрактность, условность якобы придает прогнозу больший вес.
Что касается так называемых территориальных уступок, то Киев согласится на них тем быстрее, чем быстрее будут продвигаться на запад российские войска.

«СП»: По мнению авторов, Украина провозглашает нейтралитет и ограничивает возможности своих вооруженных сил. Под чьим контролем может осуществляться демилитаризация?

— Информация о том, что Киев готов согласиться на такие предложения, уже просачивалась в момент ведения переговоров. Киев, похоже, был готов на это пойти, если бы все проходило под контролем США.

«СП»: А Россия на все это согласится? У нас свои представления о решении территориального вопроса и демилитаризации. Плюс еще денацификация и устранение первопричин, о чем американские аналитики даже не упоминают…

— Конечно, не согласится. Мы понимаем, что в подобном случае США, Запад в целом воспользуются возникшими возможностями в своих интересах, например, введут войска на украинскую территорию под видом миротворцев. Это совсем не то, к чему стремится Россия и ради чего начиналась СВО.

«СП»: JPMorgan рассматривает возможность еще четырех сценариев разрешения конфликта: «южнокорейский», «израильский», «грузинский», а также «белорусский», расположив их в порядке возрастания процента вероятности. Как бы вы их оценили? Какой более, а какой менее вероятен?

— Так называемые «южнокорейский» и «израильский» сценарии просто неприемлемы для России, поэтому не могут быть реализованы.

Я бы оставил для них 0% вероятности. «Белорусский» сценарий уже давно маловероятен, второй Белоруссии из Украины не получится. Но 5% я бы отдал этому сценарию — в последнее время совершенно неожиданные события происходят в мире. А вдруг?

«Финский» является компромиссным, но слишком спокойным, поэтому за ним лишь 20% вероятности — лодку сильно раскачивают со всех сторон, стабильности не предвидится. 75% я бы оставил за «грузинским» сценарием, который мог бы быть принят Россией и с учетом турбулентности, по-моему, наиболее реализуем. Считаю, что даже если поначалу будет достигнута видимость компромисса и реализации «финского» сценария, в итоге все скатится к «грузинскому».
— Это слабо похоже на аналитическое исследование, — отмечает секретарь ЦК ОКП Дарья Митина.

— Просто перечислены возможные варианты развития событий, практически все возможные варианты, исходя из имеющихся прецедентов. И довольно оценочно даны процентные возможности той или иной версии. Но при этом мы не видим главную часть исследования, которая содержит аргументацию, потому что исход любого конфликта зависит от позиций сторон, от множества объективных и субъективных факторов.

В данном случае исследователи крутятся вокруг возможной степени участия всех заинтересованных сторон конфликта: США, ЕС, Россия. Но оценки сделаны буквально на глазок. Я не могу назвать это исследованием.

Аналитики JP Morgan исходят из того, что США де-факто из конфликта выходят и перекладывают всю ответственность — финансовую, военную, политическую — на Евросоюз. В принципе, это похоже на правду, но, опять же нет никаких документальных договоренностей об этом.

Более того, аналитики исходят из того, что ЕС явно не сможет вкладываться в конфликт столь же изобильно и интенсивно, как вкладывались США. Если мы представим, что действительно ЕС будет вкладываться по остаточному принципу, тогда да.

Тогда возможен «грузинский сценарий». Значит, страна сохраняет свой государственный суверенитет, возможность самоопределения и так далее. Плюс известная степень демилитаризации и так далее.

Но, на мой взгляд, это совсем не очевидно, а скорее наоборот. США не вышли из конфликта, они по-прежнему выплачивают те финансовые транши, которые были согласованы еще предыдущей администрацией.

Так что у Украины есть шанс пережить каденцию Трампа, практически не потеряв финансирование, поскольку одна администрация уйдет, другая придет. США поставляют разведывательную информацию, поставляют средства связи, в том числе и высокоточные, «Старлинки» и т. д. Поэтому этот аргумент уже несостоятельный.

Плюс к этому Европа не демонстрирует никакого ослабевания внимания, наоборот, мы наблюдаем попытку превратить Украину в свою частную военную корпорацию, максимально укомплектовав и оснастив ее для того, чтобы иметь возможность противостоять России.

Ну и, конечно, есть еще и Россия, ее позиция, ее успех или неуспех в этой военной кампании, сроки нашего технологического перевооружения и так далее. Многое будет зависеть от российской стороны, которую аналитики JP Morgan позабыли…