Котофобия по австралийски

Уже влезли..
теперь надо исправлять, пока хоть что-то еще можно успеть.

> теперь надо исправлять, пока хоть что-то еще можно успеть.

Поубивать всех кошек?

Давай я куплю тебе билет и топор?

Поедешь убивать?

Опять австралийские дикие коты изнасиловали журналиста.

Они не бездомные, а дикие.

Австралийцы один раз уже обосрались с кроликами и повторять подобное не хотят.

очень в тему:
просто процитирую одну историю о судьбе одного маленького острова, его эндемичной фауне и ничуть не менее няшных, чем кошки, кроликах и козочках. От Джеральда Даррелла, которого, надеюсь, никто, не упрекнет в нелюбви к животным.
Отрывок из пятой главы "Юбилея Ковчега":

"На всю жизнь запомнился мне дивный пикник с Роджером Пэйном и его семьей во время моей второй поездки в США. Я говорю о том самом Роджере, что провел такие замечательные исследования китов; это ему мы обязаны записями чудесных скорбных китовых песнопений, которые слушаешь, затаив дыхание и жаждая постичь, что же такое эти удивительные огромные создания говорят друг другу. Впрочем, во время упомянутого пикника Роджер в основном расспрашивал меня о работе Треста, и я постарался рассказать ему о наших задачах и целях.
Под конец Роджер сказал:
-- Кажется, я тебя понял -- вы выращиваете животных, с тем чтобы вернуть куда-то. Вопрос в том, чтобы это куда существовало.
В короткой фразе он обозначил одну из главных проблем выращивания животных в неволе; за неимением лучшего определения назову ее "синдром куда"...

...Пока родригесские крыланы все еще страдают от "синдрома куда", некоторые другие обитатели островов Индийского океана избавлены от него. Здесь речь пойдет об острове Круглом, с которым связано наше самое внушительное, на мой взгляд, достижение на сегодняшний день: мы спасли от погибели маленький уголок планеты.
Когда мы с Джоном Хартли разрабатывали на Маврикии планы спасения розового голубя, мое внимание было привлечено к проблемам острова Круглого -- вулканического конуса площадью около ста пятидесяти гектаров, лежащего в море километрах в двадцати к северо-востоку от Маврикия. Он примечателен тем, что на этом клочке суши водятся целых два вида ящериц, два вида змей и несколько видов растений, не известных нигде больше в мире. Кроме того, это один из немногих возвышенных тропических островов, свободных от крыс и мышей, а еще здесь гнездятся разные морские птицы. В прошлом Круглый напоминал Маврикий в миниатюре: верхние части склонов покрывала чаща эбенового дерева и других пород с жесткой древесиной, понизу остров опоясывала пальмовая саванна. Но в начале прошлого века какой-то болван завез на Круглый несколько коз и кроликов -- главных врагов растительности. Это было все равно что запустить в овчарню саблезубого тигра. Чего не съели козы, умяли кролики; скоро верхний лес вовсе исчез и саванна начала отступать под натиском противника, а разрушаемый эрозией островок медленно, но верно поглощался океаном. Когда я впервые туда попал, он напоминал покрытое шрамами, изможденное лицо столетнего индейца; сохранились только редкие пальмы, несколько панданусов да кое-где низкий кустарник. Было очевидно, что нужно срочно спасать рептилий, так как среда их обитания быстро сокращалась. Мы с Джоном дважды посетили Круглый, поскольку маврикийские власти согласились, что необходимо отловить ящериц и попытаться разводить их сперва на Джерси, затем, по возможности, на Маврикии. Нам сообщили, что принимаются меры, чтобы справиться с кроликами и козами.
Мне доводилось ловить животных в самых разных уголках мира, и нигде эту операцию нельзя было назвать простой. Что до рептилий острова Круглого, то они всячески старались облегчить нам задачу. Сцинки Телфэра были до того ручными, что, когда мы устроились перекусить в тени под зелеными дланями листьев пандануса, крупные ящерицы поспешили присоединиться к нам. Окрашенная в серовато-коричневый цвет гладкая чешуя переливалась на солнце всеми цветами радуги; глядя на нас живыми, умными глазами на заостренной голове, они забирались к нам на колени, протягивая толстые черные языки к крутым яйцам, помидорам и ягодам страстоцвета. Сцинки ели очень аккуратно, потягивая из наших стаканов пиво и кока-колу с манерами деревенских леди, приглашенных на чай к приходскому священнику. Мы чувствовали себя последними
негодяями, когда в завершение трапезы похватали наших хорошо воспитанных гостей и засунули головой вперед в мешки из мягкой ткани, подобно тому как в "Алисе" Сумасшедший Шляпник и Мартовский Заяц затолкали Соню в чайник. Далее нам нужно было поймать гекконов Гюнтера -- тучных ящериц длиной около
двадцати сантиметров, с огромными золотистыми глазами, с широкими присосками на пальцах и мягкой, точно бархат, пепельно-серой кожей в черную крапинку. Гекконы оказались не такими общительными, как сцинки, они предпочитали оставаться среди уцелевших клочков саванны, цепляясь за стволы пальм повыше от земли. Пришлось нам прибегнуть к более сложным методам, напоминающим рыбную ловлю. Мы захватили с собой длинные бамбуковые шесты с нейлоновой петлей на конце. Гекконы кротко ждали, пока мы надевали петли на их толстые шеи. После чего оставалось только стащить жертву вниз и отправить в мешок, что требовало величайшей осторожности -- стоило геккону испугаться и дернуть посильнее, и нейлон мог поранить тонкую, словно папиросная бумага, кожу. К счастью, все обошлось, и в наших мешках собралось двадцать сцинков и
шестнадцать гекконов.
На очереди были змеи. Оба вида, обитающие на острове Круглом, неядовиты; они отдаленные родичи группы, включающей удавов тропической Америки, но выделены учеными в особое семейство. Один, длиной около метра, окрашен в оливковый цвет со светлыми пятнами. Днем эти змеи отдыхают среди сухих листьев, обрамляющих ствол пальмы латания; несколько таких пальм уцелели на участке саванны. Ловить их было легко -- нащупал рукой среди листьев и тащи. Трудность заключалась в том, чтобы разглядеть их, поскольку
они лежали совсем неподвижно. Со вторым видом нам не повезло -- эти змеи обитают в норах, и обнаружить их почти невозможно. Последний раз представителя этого вида наблюдали в 1975 году; потом пришли к заключению, что он вымер. Все наши поиски ни к чему не привели, оставалось только с сожалением решить, что так оно и есть.
Вернувшись на Маврикий, мы обнаружили, что там поднялся страшный шум в связи с планами истребления кроликов и коз на острове Круглом. Властям советовали прибегнуть к яду, поскольку из-за сложного рельефа все другие способы казались малопригодными, и подходящим ядом называли стрихнин. С ним отнюдь не приятно иметь дело, но, к сожалению, тогда в распоряжении властей не было другой отравы, подолгу сохраняющей свою силу под лучами палящего солнца. Теперь-то, конечно, можно осуждать этот выбор, ведь стрихнин мог отравить не только кроликов и коз, но и некоторых рептилий. Так или иначе, тогда ничего лучшего не было предложено, а необходимость быстрейшего освобождения Круглого от прожорливых травоядных не вызывала сомнений. В это время кто-то из причастных к проекту людей поведал о нем газетчикам, и
началось...
Ряд обществ покровительства животным в Великобритании поднял истерический вой, и один из представителей этих обществ дошел до того, что заявил сэру Питеру Скотту (который пытался посредничать), что, дескать, все эти угрожаемые виды на острове Круглом не стоят жизни одного кролика. На Маврикии Общество борьбы против жестокого обращения с животными, до той поры всячески помогавшее нам и не возражавшее против применения яда на Круглом, вдруг струсило и поспешило дать задний ход, заявляя, что травить коз и кроликов -- чрезвычайная жестокость и этого ни в коем случае нельзя допускать. Тщетно толковали мы, что кролики и козы с такой скоростью уничтожают собственную кормовую базу, что их ждет медленная смерть от голода, куда более мучительная, чем быстрая кончина от яда. Одно английское общество, пекущееся о благе животных, направило на Круглый меткого стрелка, чтобы он попытался освободить остров от коз, и ему, к великому нашему удивлению, это удалось. Говорю "к удивлению", потому что пугливые козы обосновались на самом краю потухшего кратера -- самом опасном и
труднодостижимом месте на всем острове Круглом. Однако хитрые ненасытные кролики оставались, а с ними оставалась и наша проблема...

...Тем временем в ботаническом саду на Маврикии были благополучно выращены пальмы из семян, собранных на острове Круглом, и мы достигли замечательного успеха в размножении всех видов рептилий, привезенных на Джерси. Число гекконов Гюнтера в нашем зоопарке достигло двухсот тридцати пяти, общительных сцинков Тэлфера -- трехсот двадцати семи, но особенно гордились мы тридцатью одним удавчиком. Экземпляры сцинков и гекконов предоставлены нами взаймы для размножения в США, Германию, Францию, другие зоопарки Соединенного Королевства, в Голландию и Канаду, что обеспечивает надежное
представительство вида в неволе. Несколько удавчиков, естественно, отправлены в Канаду -- в Фонд размножения рептилий Джефа Гэерти, щедрый взнос которого помог построить наш Дом рептилий.
Итак, теперь мы располагали и пальмами, и рептилиями для реинтродукции на остров Круглый; все упиралось в наличие там полчищ зловредных пришельцев. Нам было "куда" вернуть местных животных и растения, но это "куда" пока не подходило для реинтродукции."
"С тех самых пор, как много лет назад я побывал в Новой Зеландии, поддерживаю связь с тамошней Службой охраны диких животных, едва ли не лучшей в мире. В одном из писем туда я рассказал о наших проблемах, связанных с островом Круглым, и спросил, зная, сколько хлопот причиняют новозеландцам крысы и одичавшие кошки на прибрежных островках, не могут ли они что-нибудь посоветовать. Дон Мертон ответил, что, пожалуй, знает, как решить нашу проблему. В Новой Зеландии была изобретена новая отрава для млекопитающих, не вызывающая болей, в отличие от стрихнина, и сохраняющая свои свойства при экстремальных температурах. Дон добавлял, что он и несколько его коллег могут быть ненадолго отпущены, если мы официально обратимся в Службу охраны диких животных, и они охотно помогут нам своими знаниями и практическими навыками. Невероятно, сказал я себе, тем не менее через некоторое время Дон прибыл на Маврикий со своими друзьями, с несколькими центнерами смертоносного яда, палатками, тентами и прочим снаряжением. Мы понимали, что в два счета с такой работой не управиться, ведь предстояло отравить всех кроликов на ста пятидесяти гектарах, напоминающих лунный ландшафт. Тяжелый груз предстояло доставить на Круглый вертолетом, поскольку тащить его от причалов вверх по отвесным скалам было невозможно. Только наши друзья все упаковали и приготовились выполнить ответственное задание, как правительственный вертолет, на который мы надеялись, вышел из строя. С отчаянием думали мы, что теперь придется все отложить до другого раза, как благосклонная судьба пришла на выручку. На Маврикий прибыл с визитом вежливости миноносец австралийских ВМС, у коего на палубе стоял новехонький вертолет. Посольство Австралии благожелательно восприняло горячие телефонные просьбы, и австралийским ВМС было предложено помочь нам. Миноносец "Канберра" доставил Дона с его людьми, плюс снаряжение и яд, плюс запас воды на полтора месяца (на острове нет источников) к Круглому, после чего винтокрылая машина перебросила одушевленный и неодушевленный груз на единственный клочок острова, который с натяжкой можно было назвать плоским. Здесь Дон разбил лагерь, и его отряд приступил к работе.
В тяжелейших условиях они потрудились на славу; спустя полтора месяца Дон заключил, что задача выполнена. Тем не менее через год он снова побывал со своей бригадой на Круглом. Ибо уцелей на острове хоть один десяток особей обоего пола, попытка избавиться от кроликов сыграла бы всего лишь роль выбраковки с последующим "демографическим взрывом", который вернул бы нас на исходные позиции. Однако при повторном визите Дон не обнаружил ни одного кролика и прислал мне замечательные фотографии, свидетельствующие, что на изборожденной складками, иссушенной, эродированной поверхности Круглого уже появляется нежный зеленый покров, сулящий острову возрождение. Разумеется, работа на этом не остановилась: там будут посажены пальмы и, надеемся, жесткодревесинные породы. Сверх того, мы надеемся, что через полсотни лет Круглый станет таким или почти таким, каким был двести лет назад, служа надежным убежищем для своих необычных, уникальных обитателей.
Совсем недавно нас посетил известный писатель Ричард Адамс, автор посвященного кроликам бестселлера "Уотершип Даун". Джереми вызвался показать ему зоопарк и, как всегда, с растущим воодушевлением рассказывал гостю о нашей работе и разных направлениях деятельности Треста. И допустил промашку, когда дошла очередь до острова Круглого; там ведь происходили вещи, о которых мистеру Адамсу вряд ли стоило знать.
-- Так вот,-- горячо повествовал Джереми,-- когда истребили коз, мы сумели также избавиться от трех тысяч кро... кро... кро...
Джереми вдруг запнулся. Вряд ли человеку, написавшему бестселлер "Уотершип Даун", будет приятно услышать, что ты участвовал в истреблении трех тысяч кроликов...
Они молча посмотрели друг на друга. Джереми мучительно покраснел.
-- Все в порядке,-- спокойно молвил Ричард Адамс.-- Не возьму в толк, с чего это люди думают, будто я безумно люблю кроликов только потому, что написал о них книгу.
Итак, в сотрудничестве с правительством Маврикия и при помощи новозеландской Службы охраны диких животных и ВМС Австралии наш Трест спас остров Круглый. Как я затем написал Роджеру Пэйну, мы нашли, "куда" вернуть "их".. Но дело этим не ограничивается: мне кажется, мы тем самым внесли нечто новое в обычное представление о зоопарках. Нам удалось не только показать, что разведение животных в неволе -- будь то на Джерси или на родине вида -- играет важнейшую роль, мы продемонстрировали, что зоопарк способен помочь восстановлению и защите среды обитания животных, коими он занимается.
Уверен -- то, что сделано нами для острова Круглого, послужит моделью для многих уголков Земли с подверженной сходным угрозам хрупкой экосистемой. Надеемся, нам удалось показать, что зоопарки способны преобразиться из бесплодных зверинцев старого типа (каких на свете осталось еще слишком много) в живой инструмент сохранения других форм жизни, обитающих на этой планете вместе с нами. На наш взгляд, все зоопарки, особенно в более богатых странах, обязаны стать такими, и, если скудость средств не позволяет им простирать свою деятельность на Маскарены, они неизбежно, стоит только осмотреться, увидят возле своего порога какой-нибудь остров Круглый, которому могут помочь,-- настолько остро стоит сегодня в мире вопрос об охране живой природы

> очень в тему:
> просто процитирую одну историю о судьбе одного маленького острова,

Так в том-то и дело, что это небольшой остров, его можно очистить от нежелательных животных (можно, кстати, и не убивать, а повывезти туда, где они не будут вредить экосистеме), изолировать от их повторного появления, и устроить на острове реликтовый заповедник. В масштабах континента не получится: а) слишком много животных надо перебить; б) как выше говорилось, все равно будут плодиться, так что зачистки придется повторять регулярно, но стабильного эффекта не будет.
Хотя пример, да, хороший: в том смысле, что есть опыт, как создать/восстановить на отдельно взятом острове необходимую экосистему, и поселить в нее нуждающиеся в защите виды. Это будет более сложно и трудоемко (чем просто тупо начать валить кошек), но как тобой же приведенный отрывок показывает, возможно.

> да буду стрелять кошек в охот угодиях,

Это в каких таких "охот угодиях" кошки водятся?

Ты уже получил лицензию на отстрел кошек?

>Как тебя припекло то,что пытаешься оскорбить.

Ни в коем случае, это просто констатация факта.

> Это в каких таких "охот угодиях" кошки водятся?
>
> Ты уже получил лицензию на отстрел кошек?
>

Дурочка включил? Или текст понять не способен?

> Ни в коем случае, это просто констатация факта.

Ну а без завуалирования матов, что нибудь сказать можешь?Или ссышь?

> А ты на простой вопрос ответить способен?
>
> Где в Рубцовске есть "угодья" для охоты на кошек?

Можешь взять карту охот угодий и найти их самостоятельно.

> А то по стилю комментариев-"школота типичная обыкновенная", которая на каникулах размножается.

> Ты очередной МД,ты редкостный такой мирдверьмяч (с) - котофил алекс75 .
Диалог с тобой бессмыслен. Так,что я его прекращаю.Можешь занести себе +1,ну или звёздочку нарисовать.

> Ты из Австралии, штоле?

Да не обязательно из Австралии. У меня вон бывший сокурсник лесником работает, ну и охотник заядлый. Как кто зашел разговор про отстрел животных, так он и выдал в качестве прикола, что чаще всего не волков, а кошек приходится отстреливать. Объяснил это так, что бродячие кошки, те которые по лесам шарятся, бешенство разносят. Причем если бродячую собаку человек воспринимает как угрозу, кошку обычно нет, особенно дети. Проблема весьма актуальна для лесистой местности, где крупных городов нет, но небольших городков и поселков полно и расположены они сравнительно рядом. Там таких кошек много по лесополосам шастает. Подкармливаются и в лесу и на помойках. Цыплят опять же душат. Так что это домашняя кошка няша, а одичавшие вполне ощутимый вред приносят. Потому и истребляют их в превентивных целях. Причем, емнип, в отличии от городской черты отстрел кошек в лесу ни какими законами не ограничен и не регламентирован. По крайне мере у нас.