ru.wikipedia.org — до сих пор не утихают споры, что это было: "майдан"(тм) или «В 1825 году Россия впервые видела революционное движение против царизма...»(с)(В.И.Ленин)?
>Действительно - Республика, Дума, Парламент, Избирательное право... Вот ведь сволочи!
Вот Сергей Муравьев-Апостол, автор первой российской конституции. Детство провел в Гамбурге, затем воспитывался в Париже. На русском языке впервые заговорил на тринадцатом году жизни.
Александр Одоевский, виршеплет и убийца: «Когда с ним пытались перестукиваться через тюремные стены, он не мог понять и ответить по одной простой причине: не знал русского алфавита». (Эйдельман).
На русском говорили плохо, русского алфавита не знали – но хотели решительным образом перевернуть жизнь огромного государства, миллионов людей…
Жизнь, о насущных нуждах которой они и представления не имели. Согласно конституции Муравьева, крестьянам предполагалось дать на каждый двор по две десятины земли – во-первых, это гораздо меньше того, что предлагал в своем проекте Аракчеев (ага, тот самый!), во-вторых, этого мало для того, чтобы хоть как-то прокормиться…
«Конституция, написанная Никитою Муравьевым, как он сам сознавался впоследствии, не имела практического смысла, вследствие незнакомства с бытом русского народа и незнания существовавших законов… Н. Муравьев точно так же не знал быта русского народа, как большая часть его товарищей. Николай Тургенев объявил в первом издании „Опыта о налогах“, что деньги, вырученные от продажи книги, назначаются для выкупа крепостных крестьян, посаженных в тюрьму за долги, между тем как крестьяне не могли сидеть в тюрьме за долги, по закону им можно было дать взаймы не более 5 рублей». Это не какой-нибудь реакционер из III отделения клевещет на «выдающихся представителей» – это отрывок из мемуаров декабриста А. Муравьева, родного брата вышеописанного Никиты…
> а декабристы? Пестель (Южное общество), например, планировал быть диктатором.
И? В те времена это нормально было.
> Что касается "Конституции", "Республики", "Парламента" и пр. др. (Главное писать с большой буквы!), то все передиралось с Англии.
По делу декабристов было осуждено 116 человек. Из них участников войны с Наполеоном - 28 человек.
Следует ли записывать всех декабристов в герои 1812 года?
Там кто-то очепятку допустил, но занимательный кстати год был:
26 января — в Лайбахе (ныне Любляна) открылся III Конгресс Священного союза.
24 февраля — начало восстания против испанского господства в Мексике. Агустин Итурбиде публикует План Игуалы предполагающий установление конституционной монархии во главе с королём Испании.
2 марта — в Испании ушло в отставку конституционное правительство Эваристо Переса де Кастро.
8 марта — Александр Ипсиланти в Яссах распространил призыв к восстанию за независимость Греции.
12 марта — в условиях революционных событий король Сардинского королевства Виктор Эммануил I отрёкся от престола в пользу своего младшего брата Карла Феликса и уехал в Ниццу.
23 марта — австрийская армия занимает Неаполь и подавляет революцию в Королевстве Обеих Сицилий.
25 марта — православный митрополит Патрский Герман поднял знамя национального восстания. Греция объявляет независимость от Османской империи, начав греческую войну за независимость.
23 апреля — главой конституционного правительства Испании вновь назначен Эусебио Бардайи Азара.
26 апреля — португальский король Жуан VI отбыл из Бразилии в Лиссабон, оставив регентом Бразилии инфанта Педру.
6 мая — в Кукуте на границе Венесуэлы начало работу Учредительное собрание Новой Гранады.
12 мая — закрыт Лайбахский конгресс Священного союза. Решено подавить революционное движение в Италии. Россия обязалась не помогать освободительному движению в Греции.
9 июня — в Парагвае проведена чистка от граждан Испании. Большинство выслано из страны.
24 июня — армии Симона Боливара и Хосе Антонио Паэса разбили сторонников Испании в долине Карабобо.
29 июня — армия Симона Боливара торжественно вступила в Каракас.
6 июля — испанские войска без боя уходят из столицы Перу Лимы. В неё вступает армия Хосе де Сан-Мартина.
17 июля — в Асунсьоне по обвинению в заговоре против Гаспара Франсии расстрелян бывший правитель Парагвая Фульхенсио Йегрос и его сторонники.
28 июля — Хосе де Сан-Мартин провозглашает независимость Перу.
10 августа — штат Миссури принят в состав Соединённых Штатов Америки.
24 августа — Агустин Итурбиде подписывает в Кордобе соглашение с представителями Испании. Испания признаёт независимость Мексики, королём которой продолжает оставаться Фердинанд VII.
30 августа — принята конституция Новой Гранады, закреплявшая её полную независимость от Испании.
Это к вопросу о том, что "Монархия в то время - обычное дело". Уже нет, между тем.
"Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью."
кой какая декларация подписанная рабовладельцами :)
никто отпускать крестьян на волю ни при Александре, ни при Николае не мешал. Но почему-то никто из "благородных декабристов" не отпускал. Очевидно, мешало отсутствие Конституции.
Предшественники декабристов - убийцы Павла, тоже были благородные и смелые, участвовали в войнах, писали "Конституции" (с большой буквы) и планировали отмену крепостного права. Результат известен.
Если бы восстание удалось, получили бы монархию (Константин), ограниченную Госсоветом (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%81%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%80%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D1%81%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%B8%D0%BC%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%B8). И все
> никто отпускать крестьян на волю ни при Александре, ни при Николае не мешал.
Пионер Петечкин снова совершил благородный поступок: на сэкономленные на завтраках деньги он скупал проституток и отпускал их на волю.
Проще говоря - отпустить крестьян, не отменив крепостное право и не наделив их наделами земли, - это всё равно что их убить.
>Предшественники декабристов - убийцы Павла, тоже были благородные и смелые, участвовали в войнах, писали "Конституции" (с большой буквы) и планировали отмену крепостного права. Результат известен.
Ага, особенно сынок, который влез на престол и ни о какой Конституции не помышлял. Как и солдатня, удавившая Павла.
P.S. Нравится или нет, но Конституция с большой буквы пишется.
«Попытки переворота исходили из той же дворянской среды, которая в XVIII веке не раз делала подобные попытки, а орудием переворота избрана была та же гвардия, которая в XVIII столетии не раз служила подобным орудием.» Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. СПб, 1997. с. 679
> Как и сделал декабрист Лунин. Единственный кто отпустил.
Лунин вообще не принимал участи в восстании.
Тебе где истории преподавали, интересно?
Кстати, хороший и добрый царь его осудил на пожизненное, за то что тот когда-то ранее мыслил подкараулить царя, как бандит в маске, и убить, но никогда не помышлял реально это сделать.
нет, но монархия была не единственной формой правления, как и рабовладение было не единственной формой закабаления ближнего своего. в Англии в то время рабства как такового не было, но были очень ограничены права крестьян, во Франции в этот период вообще власть аристократов дошла до абсолюта.
> никто отпускать крестьян на волю ни при Александре, ни при Николае не мешал. Но почему-то никто из "благородных декабристов" не отпускал. Очевидно, мешало отсутствие Конституции.
отпустить куда?! они веками жили на земле, которую и обрабатывали. когда случилась реформа 1861 года, то она больше ударила не по дворянам, а по крестьянам. которых стало возможно выгнать с земли, а землю продать - тогда же в России стал активно расти рынок земли. и многим дворянам, просто не нужны были уже крестьяне, чтобы жить так как им хотелось, получая прибыль со сдачи землю в аренду.
> > а декабристы? Пестель (Южное общество), например, планировал быть диктатором.
>
> Ты там свечку держал или как? Где и как это отмечено в документах?
Для удобства чтения я приведу этот отрывок без курсива:
«Какова его цель? Сколько я могу судить, личная, своекорыстная. Он хотел произвесть суматоху и, пользуясь ею, завладеть верховной властью в замышляемой сумасбродами республике. Достигнув верховной власти, Пестель сделался бы жесточайшим деспотом», – напишет позже в «Записках о моей жизни» И. И. Греч.
Быть может, этот человек, которого при Советской власти нас учили ненавидеть, ничего о нем не рассказывая, попросту оболгал святого революционера по врожденной гнусности своей, а то и по заданию Третьего отделения? Что ж, рассмотрим жизнь и взгляды «черного полковника» подробнее…
Вот слова самого Пестеля, прозвучавшие в разговоре с Рылеевым: «Вот истинно великий человек! По моему мнению, если иметь над собой деспота, то иметь Наполеона. Как он возвысил Францию! Сколько создал новых фортун! Он отличал не знатность, а дарования!»
Первыми, задолго до Греча, убедились в бонапартистских поползновениях Пестеля сами же руководители Северного общества. С редкостным для них единодушием. Никиту Муравьева разглагольствования Пестеля о благе диктатуры оттолкнули сразу. Как и Сергея Трубецкого. Трубецкой выразился недвусмысленно: «Человек вредный, и не должно допускать его усилиться, но стараться всевозможно его ослабить». Это были не просто слова – через свои связи в Южном обществе Трубецкой усиленно пестовал оппозицию Пестелю…
Рылеев сказал: «Пестель человек опасный для России и для видов общества». Историк М. Н. Покровский охарактеризовал их встречу так: «…У Пестеля нельзя отрицать большого таланта приспособления: при первом свидании с Рылеевым автор „Русской правды“ в течение двух часов ухитрился быть попеременно и гражданином Северо-Американской республики, и наполеонистом, и террористом, то защитником английской конституции, то поборником испанской». На буржуазно-честного петербургского литератора это произвело крайне неблагоприятное впечатление и у него, видимо, сохранилось воспоминание о Пестеле как о беспринципном демагоге, которому доверяться не следует,
А вот собственноручные воспоминания Сергея Трубецкого о вышеописанной встрече с Пестелем: «При первом общем заседании для прочтения и утверждения устава Пестель поселил в некоторых членах некоторую недоверчивость к себе: в прочитанном им вступлении он сказал, что Франция блаженствовала под управлением Комитета общественной безопасности. Восстание против этого было всеобщее, и оно оставило невыгодное для него впечатление, которое никогда не могло истребиться и которое навсегда поселило к нему недоверчивость».
И немудрено: Комитет общественной безопасности, если кто запамятовал – это та либерально-филантропическая контора, что во времена французской революции сотнями отправляла людей на гильотину по малейшему подозрению…
А вот каким оригинальным образом Пестель у себя на юге вел противоправительственную деятельность. Слово Горбачевскому: «Вятского полка командир Пестель никогда не заботился об офицерах и угнетал самыми ужасными способами солдат, думая сим возбудить в них ненависть к правительству. Вышло совершенно противное. Солдаты были очень рады, когда его избавились, и после его ареста они показали на него жалобы. Непонятно, как он не мог себе вообразить, что солдаты сие угнетение вовсе не отнесут к правительству, но к нему самому: они видели, что в других полках солдатам лучше, нежели им; следовательно, понимали и даже говорили, что сие угнетение не от правительства, а от полкового командира».
Ну, а параллельно полковой командир Пестель, как бы это поделикатнее выразиться, порою путал полковую казну и свой собственный карман…
Флигель-адъютант, глава Следственной комиссии по делу о финансовых злоупотреблениях во Второй Южной армии, П. Д. Кисилев задолго до декабрьских событий выражался о Пестеле так: «Действительно много способностей ума, но душа и правила черны, как грязь».
Тогда Пестель еще не воровал – он был штабным офицером. Он пока что покрывал других. Когда командующий одним из корпусов Второй армии генерал Рудзевич серьезно проворовался, именно Пестель его «прикрыл», представив дело так, словно это интриганы и завистники по злобе оболгали честнейшего человека. Меж тем после ареста Пестеля в его бумагах нашли и собственноручное письмо Рудзевича, в котором он подробно каялся в махинациях с казенными суммами и слезно просил «любезного Павлика» его спасти.
«Любезный Павлик» не подвел, спас – но генерал Кисилев, выяснив правду, решил избавиться от человека с «душой, черной как грязь» – и выпихнул Пестеля из штаба армии командовать полком…
А уж на новом месте «любезный Павлик» и сам развернулся вовсю. Ревизия, проведенная после ареста Пестеля, оценила казнокрадство полкового командира в шестьдесят тысяч рублей. По тем временам – сумма фантасмагорическая.
Механизм был прост. Случилось так, что Вятский полк, которым командовал Пестель, получал двойное денежное довольствие. Сначала деньги поступали из Балтской комиссариатской комиссии. Потом полк перешел в ведение аналогичной Московской – но по случайности его забыли исключить из прежних списков. Сейчас уже не установить, была ли это и в самом деле случайность, или Пестель ее кому-то проплатил…
Одним словом, в полк шли двойные финансовые суммы. Двумя параллельными потоками: один – в полковую казну, другой – лично Пестелю. А кроме этого, «любезный Павлик» облегчал еще и киевскую казану гражданского ведомства. Только в 1827 г. всплыло, что Пестель давал взятки секретарю киевского гражданского губернатора, за что получил возможность устраивать махинации c казенными средствами губернии.
Он не стеснялся обворовывать даже своих солдат. Ревизия, помимо прочего, вскрыла еще и историю с солдатскими крагами – накладными голенищами. Когда пришла пора получать новые, Пестель взял с Московского комиссариата деньгами – по два рубля пятьдесят копеек за пару. Солдатам же выдал по сорок копеек, а некоторым и того меньше…
Так что на следствии над декабристами Пестель оказался единственным, кому, кроме политических обвинений, были предъявлены еще и чисто уголовные. Выяснилось, что Пестель «имел обыкновение удерживать у себя как солдатские, так и офицерские деньги. Естественно, не давая при этом никаких объяснений».
И, добавим, не брезгуя ничем. Вот в Вятский полк переводится из Ямбургского уланского некий поручик Кострицкий, а следом в полковую кассу поступает и его жалованье за службу в уланах – сто восемьдесят рублей. Денег этих поручик так и не увидел – прикарманены Пестелем…
Это, очевидно, наследственное. Папенька «любезного Павлика» в бытность свою сибирским генерал-губернатором казнокрадство-вал вовсе уж фантастическим образом.
Вор и подонок, которого еще в начале XX века известный военный историк Керсновский назвал «негодяем, запарывающим своих солдат».
И доносчик к тому же. В 1926 г., к столетию декабристского бунта, было издано немало книг. Пара стоит у меня на полке. Естественно, все эти книги были апологетическими, но порой составители простодушно помещали туда кое-что работавшее против прославляемых…
Например, письма Пестеля, на французском, но с подробным переводом…
Пестель отчего-то невзлюбил одного из своих офицеров, майора Гноевого. В чем там было дело, сегодня уже не установить. Гораздо интереснее другое: методы «любезного Павлика». Он долго и упорно просил вышестоящее начальство Христом-богом убрать от него Гноевого. Начальство не реагировало. Тогда в очередном эпистоляре от 15 ноября 1822 г. (адресат – уже известный нам генерал Кисилев) Пестель, исчерпав, очевидно, все аргументы, открытым текстом «шьет политику». «Он (т. е. многострадальный Гноевой. – А. Б.) даже опасен для действительной службы, так как он ее всегда критикует… Если б он был более образованным и просвещенным, я счел бы его за карбонария».
По меркам того времени – полноценный политический донос. Сделанный впрочем, не без изящества: руководитель тайного общества, ставящего целью решительную перемену власти, не называет впрямую подчиненного «карбонарием», но выражается достаточно ясно: опасен для службы, так как критикует…
Хорошо еще, что никаких последствий для майора этот донос не имел: Кисилев знал Гноевого как дельного офицера и попросту, чтобы прекратить склоку, перевел его подальше от Пестеля, в другой полк…
Публикаторы этой переписки не без смущения комментируют: «Розги солдатам, как средство искоренения дезертирства, употребляемые с такой расточительной щедростью, что могли заслужить новому командиру, по собственному его признанию, название жестокого тирана, и настойчивость в домогательствах к удалению из полка неугодного офицера, доходящая, можно сказать, до политического доноса в вольнодумстве (майор Гноевой – чуть не карбонарий) – вот те средства, которыми он, не стесняясь своими политическими идеалами, пользовался…»
Бедолаги, как им и по службе полагалось (а может быть, искренне) усматривали у Пестеля политические идеалы… Позвольте уж усомниться в существовании таковых. Перед нами – не столь уж редкий экземпляр, честолюбец с бонапартовскими замашками, собиравшийся, вне всякого сомнения, «в Наполеоны».
Очень уж многозначительные он написал проекты – я не об аграрных реформах, а о полицейских…
В «Русской правде» Пестель будущее полицейское устройство России проработал не в пример тщательнее, можно сказать, любовнее, нежели «декреты о земле»…
«Высшее благочиние (т. е. новая полиция) охраняет правительство, государя и государственные сословия от опасностей, могущих угрожать образу правления, настоящему порядку вещей и самому существованию гражданского общества или государства, и по важности сей цели именуется оно высшим…»
С первых строк начинаются неувязки: Пестель, помнится, предлагал свергнуть императорскую фамилию и установить парламентскую республику. Зная о его восхищении Бонапартом и диком честолюбии, поневоле задаешься не столь уж невероятной мыслью: уж не себя ли «любезный Павлик» видел новым императором? Вполне логичные мысли в голове почитателя Наполеона.
По Пестелю, деятельность Высшего благочиния с самого начала должна сохраняться в строжайшей тайне, оно «требует непроницаемой тьмы и потому должно быть поручено единственно государственному главе сего приказа, который может оное устраивать посредством канцелярии, особенно для сего предмета при нем находящейся». Даже имена чиновников «не должны быть никому известны, кроме государя и главы благочиния».
До подобной секретности впоследствии не дотянул ни один репрессивный орган – ни ЧК, ни гестапо, ни охранки многочисленных латиноамериканских диктаторов…
Высшее благочиние должно развернуть самую широкую сеть доносчиков и тайных агентов: «Для исполнения всех сих обязанностей имеет высшее благочиние непременную надобность в многоразличных сведениях, из коих некоторые могут быть доставляемы обычным благочинием и посторонними отраслями правления, между тем как другие могут быть получаемы единственно посредством тайных розысков. Тайные розыски, или шпионство, суть посему не только позволительное и законное, но даже надежнейшее и, можно сказать, единственное средство, коим высшее благочиние поставляется в возможность достигнуть предназначенной ему цели».
Естественно, чины «внутренней стражи» должны получать самое высокое жалованье: «Содержание жандармов и жалованье их офицеров должно быть втрое против полевых войск, ибо сия служба столь же опасна, гораздо труднее, а между тем вовсе не благодарна».
Численность будущих «ревнителей благочиния» предполагается огромная: «Для составления внутренней стражи, думаю я, 50 000 жандармов будут для всего государства достаточны».
Для сравнения: во времена царствования Николая I Корпус внутренней стражи, куда входили и жандармские части (несшие чисто караульные, патрульные, охранные обязанности) насчитывал вдесятеро меньше людей. К концу 1828 г. значилось три генерала, сорок один штаб-офицер, сто шестьдесят обер-офицеров, три тысячи шестьсот семнадцать нижних чинов и четыреста пятьдесят семь нестроевых. Офицеров и чиновников было вовсе уж мало: сохранились воспоминания современника, который в 1861 г. в одном из петербургских ресторанов увидел «все Третье отделение», отмечавшее какой-то свой праздник. За банкетным столом сидели тридцать два человека. Все Третье отделение…
Читателю предоставляется самому ответить на несколько нехитрых вопросов: какой режим предполагал утвердить в России Пестель? Возможно ли было при таком режиме претворение в жизнь либеральных прожектов вроде манифеста Трубецкого? И, наконец – собирался ли Пестель вообще делиться хотя бы частичкой власти с кем бы то ни было, располагая подобными вооруженными силами и сетью анонимных шпионов?
> Читателю предоставляется самому ответить на несколько нехитрых вопросов: какой режим предполагал утвердить в России Пестель?
У большевиков был куда более мерзкая личность - Троцкий.
И что теперь?
Данная вырезка лично меня не смогла убедить, что Пестель хотел быть диктатором. Французы любят Наполеона и восхищаются им, они все хотят быть диктаторами?
Сталин уважительно относился к Ивану Грозному, он хотел быть царём?
Судя по тексту, Пестель собирался создать НКВД-ЧК-КГБ, весьма правильное решение. Ещё и жалование им в 3 раза большее назначить, что тоже разумно. Это так плохо?
Каким образом из фразы "если иметь над собой деспота, то лучше Наполеона" вытекает то, что он сам хотел им быть?
Вот на мой взгляд, если иметь крепкую власть в стране, то пусть лучше это будет кто-то вроде Сталина. Получается, я хочу быть Сталиным?
> Каким образом из фразы "если иметь над собой деспота, то лучше Наполеона" вытекает то, что он сам хотел им быть?
> Вот на мой взгляд, если иметь крепкую власть в стране, то пусть лучше это будет кто-то вроде Сталина. Получается, я хочу быть Сталиным?
Ты что и кому хочешь доказать?
Что декабристы были не такими уж и плохими?
> Кстати, хороший и добрый царь его осудил на пожизненное, за то что тот когда-то ранее мыслил подкараулить царя, как бандит в маске, и убить, но никогда не помышлял реально это сделать.
интересно как узнал царь, о том что "тот когда-то ранее мыслил подкараулить царя, как бандит в маске, и убить, но никогда не помышлял реально это сделать." ? И чем отличается "ранее мыслил" от "не помышлял реально"?
> Лунин вообще не принимал участи в восстании.
не все декабристы принимали участие непосредственно в восстании.
> особенно сынок, который влез на престол и ни о какой Конституции не помышлял
Александр I планировал и конституцию, и отмену крепостного права. Ознакомиться можешь в Википедии, если лень читать учебник.
> Как и солдатня, удавившая Павла.
Чем "солдатня" Бенигсен, командовавший русской армией в сражении при Прейсиш-Эйлау против Наполеона (кстати, непроиграл), отличался от "солдатни" Каховского и Пестеля.
> Чем "солдатня" Бенигсен, командовавший русской армией в сражении при Прейсиш-Эйлау против Наполеона (кстати, непроиграл), отличался от "солдатни" Каховского и Пестеля.
А ты посмотри на них с позиции советской историографии.
> интересно как узнал царь, о том что "тот когда-то ранее мыслил подкараулить царя, как бандит в маске, и убить, но никогда не помышлял реально это сделать." ? И чем отличается "ранее мыслил" от "не помышлял реально"?
Реально - это как брат Ленина.
>не все декабристы принимали участие непосредственно в восстании.
Апосля каждый может мнить себя кем угодно.
>Александр I планировал и конституцию, и отмену крепостного права. Ознакомиться можешь в Википедии, если лень читать учебник.
Ну и как там с осуществлением?
>Чем "солдатня" Бенигсен, командовавший русской армией в сражении при Прейсиш-Эйлау против Наполеона (кстати, непроиграл), отличался от "солдатни" Каховского и Пестеля.
Он лично душил Павла?
Отличается тем, что они осуществили банальное цареубийство и дворцовый переворот.
"Примечательной особенностью декабристских программ было сохранение неприкосновенности помещичьего землевладения. По Муравьеву, «земли помещиков остаются за ними». Идеологи декабризма, будучи дальновидными представителями своего сословия, готовы были расстаться с большинством дворянских привилегий, но твердо отстаивали помещичью земельную собственность. Рассуждая о всеобщем равенстве, декабристы имели в виду политические и гражданские права и никогда не подвергали сомнению неизбежность социального неравенства. Пестель подчеркивал: «Богатые всегда будут существовать, и это очень хорошо». Правда, он считал, что недопустимо присоединять к богатству особые политические права. Резкую неприязнь вызывала у него императорская фамилия: «Народ российский не есть принадлежность или собственность какого-либо лица или семейства. Напротив того, правительство есть принадлежность народа, и оно учреждено для блага народного, а не народ существует для блага правительства».
Решая аграрный вопрос, Пестель настаивал на передаче государству земельных владений императорской фамилии и предполагал возможность частичной конфискации земли у крупных землевладельцев, каких в России было немного. Эта земля, наряду с казенной и монастырской, должна была составить общественный фонд, откуда каждый мог получить в безвозмездное пользование участок земли. В этом он видел гарантию от обнищания. Остальная земля должна была оставаться в частных руках и служить «доставлению изобилия».
"Как и Александра I, декабристов занимало преобразование имперской государственности, что было назревшим и объективно неизбежным. Потенциал традиционного общества в России был исчерпан, крепостное хозяйство не обеспечивало потребности страны, в которой начался промышленный переворот, отношения между сословиями и политический статус отдельных исторических областей империи нуждались в современном правовом регулировании. Пути обновления Российской империи вполне очевидно выявились ко второй половине александровского правления. Один из них, намеченный в Государственной Уставной грамоте, был привлекателен как для императора и его сотрудников, так и для создателя «Конституции» Н. М. Муравьева."
> Я не припомню более благородных людей в истории каких-либо государств.
Потому что другие серьезные государства таких "реформаторов" своего государства сбивают еще на подлёте и не дают им "развернуться". И абсолютно правильно делают.
Собственно проект "освобождения крестьян" (от средств к существованию) декабристов основывался на земельной реформе в прибалтийских провинциях, Лифляндии, Курляндии и Эстляндии, проведенной в 1812 Александром I. Перевод крестьян из крепостных в батраки.
Так сказать, идейные предшественники Столыпина.
А проект конституции Муравьева - на конституции, которую даровал Александр I Польше.
На совещании членов союза в 1816 г. Лунин заявил, что не трудно устроить заговор и убить Александра I на Царскосельской дороге, по которой он обычно ездит без большой охраны. Для этого достаточно собрать группу решительных людей и одеть их в маски (чтобы спутники царя не узнали убийц). - реально не помышлял, да.
В 1826 году М. С. Лунин был осуждён в основном за план цареубийства 1816 года. Приговорён к пожизненной каторге. 10 июля 1826 года срок каторги сокращён до 20 лет, по манифесту от 22 августа 1826 г. — до 15 лет с последующим поселением в Сибири навечно. В 1832 году срок каторги был сокращён до 10 лет.
> Потому что другие серьезные государства таких "реформаторов" своего государства сбивают еще на подлёте и не дают им "развернуться". И абсолютно правильно делают.>
Франция, например, несерьезное государство? Каким-то образом она стала республикой.
В истории литературы 19 века так называемое дело Петрашевского, или петрашевцев, занимает видное место. Не последнюю роль в этом играет то, что ни в одном из русских политических процессов не участвовало столько литераторов и ученых. Кроме самого Петрашевского, издавшего под псевдонимом Кириллова замечательный «Словарь иностранных слов», были замешаны писатели - Достоевский, Плещеев, Пальм, Дуров, Толь, химик Львов, гигиенист Ахшарумов. Их участие свелось к тому, что они бывали на пятницах Петрашевского и были там переписаны.
Сейчас, сейчас
Вот Сергей Муравьев-Апостол, автор первой российской конституции. Детство провел в Гамбурге, затем воспитывался в Париже. На русском языке впервые заговорил на тринадцатом году жизни.
Александр Одоевский, виршеплет и убийца: «Когда с ним пытались перестукиваться через тюремные стены, он не мог понять и ответить по одной простой причине: не знал русского алфавита». (Эйдельман).
На русском говорили плохо, русского алфавита не знали – но хотели решительным образом перевернуть жизнь огромного государства, миллионов людей…
Жизнь, о насущных нуждах которой они и представления не имели. Согласно конституции Муравьева, крестьянам предполагалось дать на каждый двор по две десятины земли – во-первых, это гораздо меньше того, что предлагал в своем проекте Аракчеев (ага, тот самый!), во-вторых, этого мало для того, чтобы хоть как-то прокормиться…
«Конституция, написанная Никитою Муравьевым, как он сам сознавался впоследствии, не имела практического смысла, вследствие незнакомства с бытом русского народа и незнания существовавших законов… Н. Муравьев точно так же не знал быта русского народа, как большая часть его товарищей. Николай Тургенев объявил в первом издании „Опыта о налогах“, что деньги, вырученные от продажи книги, назначаются для выкупа крепостных крестьян, посаженных в тюрьму за долги, между тем как крестьяне не могли сидеть в тюрьме за долги, по закону им можно было дать взаймы не более 5 рублей». Это не какой-нибудь реакционер из III отделения клевещет на «выдающихся представителей» – это отрывок из мемуаров декабриста А. Муравьева, родного брата вышеописанного Никиты…
Короче, креаклы это, образца XIX столетия...