Слезоточивое событие

Блядь, да у меня, оказывается, с этим дятлом в один день день рождения. Хоть паспорт иди меняй.

Он не вписался в рынок...

Его в могилу провожал насмешек шквал,
Иные хохотали просто бешено.
И только я, лишь я один рыдал.
Я так мечтал узреть его повешенным.

В аду - аврал. Кипит работа, бедняг-чертей бросает в жар:
заклинил наглухо ворота Егор Тимурович Гайдар.
То изнутри его толкают, а то снаружи тычут в зад,
шампунем, маслом поливают, ан - не вперед и не назад!

Сам Сатана примчался в спешке, налег плечом - увы, никак...
Кричит: Да где же этот грешник отъел себе такой пердак?!
Дежурный чёрт спешит с докладом: Где-где - в России! Он один
семь миллионов мором-гладом извел народу, Господин.

Считай, он сам их всех и слопал, так и не диво, что широк...
Кольнуть его трезубцем в жопу? - А если лопнет? Не дай Бог!
Меж тем из душ новоприбывших (а их немало собралось)
выходит эдакий парнишка: большие руки, мощный торс,

на прессе кубики бугрятся, и дельтовидные - вполне...
Он, и не думая стесняться, подходит прямо к Сатане
и говорит ему: Послушай, не надорвать бы вам пупки...
Дозволь-ка мне по этой туше слегка въ&бать с одной руки?

Рассвирепел Владыка ада: Презренный смертный, ты нахал!
Да что ты можешь? - Было надо - рукой автобусы тягал...
- Ну, что ж, попробуй. За работу, когда осилишь ты ее,
клянусь, не пожалею квоты - поедешь в райской житье!

А не осилишь - твою душу велю швырнуть в кипящий кал...
Но парень черта не дослушал, шагнул к Гайдару - и въ&бал.
Ударил сноп говна и пара! И, испуская жуткий рёв,
душа товарища Гайдара умчалась в сторону котлов.

Аплодисменты! Поздравленья! А Сатане уже несут
бланк по УДО освобожденья и апелляшку в Страшный Суд.
- Сдержал свое ты, смертный, слово. Сдержу и я. Кого писать?
- Ну что ж, пиши - Турчинский, Вова... А Трахтенбергу - не въ&бать?

- Да ладно, успокойся, парень - бери манатки, топай в рай.
Мы сами этих двух попарим, а ты - со Штирлицем бухай!

Автора сего шедевра, увы, не знаю.